Глубокий черный как основа всего: лаконичных декораций, костюмов героев и грима персонажей. Премьера сюрреалистичной, оттого и свежей, постановки классического произведения Николая Гоголя «Мертвые души» (12+) прошла 22 и 23 апреля на сцене культурно-досугового центра «Агидель». Грим, повторяющий анатомическое строение лиц, монохромные костюмы с вышивкой, стразами и пайетками, из декораций только дверь, стол, скамья и пара стульев. Лаконичное оформление подчеркнуло характеры героев бессмертной поэмы Николая Гоголя.
— В прежнем, нафталиновом формате классика отмирает, — говорит Равиль Хакимов, режиссер-постановщик и исполнитель роли Чичикова. — Поэтому мы постарались сделать так, чтобы сегодняшнему зрителю она стала, хоть чуть-чуть, ближе. Чтобы какие-то восприятия они почувствовали и поняли. И когда после первого дня показа нам писали в отзывах, что захотели перечитать классику, мы воспринимали это как нашу маленькую победу.
Неформальное прочтение — отнюдь не новаторство в театральном мире. Театры крупных городов, привлекая зрителя, ставили русскую классику во всех стилях, направлениях, модных трендах и даже как кукольные спектакли. Но для небольших городов, где часто придерживаются натурализма, простых решений и понятных образов, это всегда сродни революции.
— Я очень боялся, как воспримет нас салаватская публика, — продолжает Равиль Хакимов. — Спектакль необычный. С первых минут зритель видит четкую градацию героев. Мертвые люди с мертвыми лицами, потому что души их давно погибли. Конечно, они разговаривают, они двигаются, но души у них нет. В постановке есть и фарс, и немного клоунады — большое смешение жанров. Каждый зритель пусть увидит то, что ему ближе. И то, и другое — это не ошибка. Это и есть замысел сюжета.
Единственный герой спектакля, которого режиссер показал «в цвете» — это Чичиков. Именно он проводит для зрителя экскурсию по каноническим смертным грехам, посещая героев поэмы. Символизм, аллегории и полунамеки постановки — не только стильное прочтение, но и пища для размышлений. Актерский состав спектакля не менее интересен, ведь на одной сцене играли как заслуженные, так и самодеятельные артисты. Потрясающий в своей натуральности, вопиющей грубости и неотесанности Собакевич в исполнении Рустама Фазылова, заслуженного работника культуры Республики Башкортостан. Хам, грубиян, вызывающий отвращение своей скупостью Плюшкин — образ, мастерски созданный Андреем Германом. Харизма и потрясающая органика Азамата Альмухаметова сделала пьяницу, лжеца и картежника Ноздрева удивительно очаровательным персонажем.
Замечаю среди зрителей Ирину Юровскую, известную в Салавате ценительницу и популяризатора театрального искусства. Ирина Григорьевна, проработавшая многие годы в музыкальной школе преподавателем по классу фортепиано, принимала самое активное участие в организации антреприз звезд российского театра и кино в нашем городе.
— Я не ожидала такой по-настоящему интересной постановки, — делится впечатлениями Ирина Юровская. — И совсем не ожидала, что в самодеятельном театре есть такие талантливые молодые актеры. Это целиком и полностью заслуга руководителя — Равиля Хакимова. Очень понравились оформление, костюмы, а как изящно вплеталась музыка. Словом, очень достойная постановка.
Костюмы к спектаклю — это действительно отдельный вид искусств. Ткань, фактуры, отделка, фасоны — всё это плоды фантазии режиссера-постановщика.
— Я сам создал дизайн всех костюмов, — рассказывает Равиль Хакимов. — Могу вам открыть секрет: платье жены губернатора сшито из остатков пяти разных тканей. То есть я комбинировал, не знал уже, что еще придумать, потому что ткани кончались, а надо было шить. И вот так мы вышивали, сшивали и расшивали. Я скупил весь черный материал в городе, на меня реагировали — вздрагивая — все продавцы тканей, когда я заходил в магазины. Но я результатом доволен, получилась очень стильная история.
