Житель Салавата более 30 раз доставлял гумконвой «за ленточку»

— Когда администрация города обратилась в структурное подразделение, где я работаю, с просьбой выделить фуру, то руководство указало на меня, зная, что смогу и не откажусь, ведь я сам был на передовой. Сказали: «Водителя второй машины, с кем поедешь, выберешь сам». Я назвал дядю Ваню. Человек он ответственный, надежный. Хотя и на пенсии, но продолжает работать, как молодой. Машина у меня в порядке, дороги знаю. Первая поездка прошла в штатном режиме: подготовили машины, загрузили, обсудили дорогу. Ехали два дня, спали по шесть часов. Разгрузились — и обратно. Когда через месяц организаторы гумконвоя опять обратились к руководству с просьбой выделить машину, уже просили водителями именно нас. Так и пошло. Гумконвои вожу не только из Салавата, но и из Уфы, — рассказывает Роберт Даутов.

«Видим всё своими глазами».

— На новых территориях Российской Федерации боевые действия идут больше 10 лет. Неужели там остались дороги?
— На момент начала СВО, действительно, в Луганской и Донецкой народных республиках дорог почти не было. Всё разбомблено, в кюветах — сгоревшая техника. Но через пару месяцев на всех основных трассах лежал новый асфальт, а сейчас и второстепенные дороги, которые при Украине никогда асфальта не видели, уже сделали, и объездные — тоже. Это нужно для четкой организации транспортной логистики.

— Как выглядят сейчас присоединенные территории?
— Мариуполь поразил разрухой, город практически уничтожен. «Азовсталь» выглядит как памятник Сталинграду. Боевые действия сейчас идут по другому сценарию. Мы-то в Чечне штык на штык шли, видели врага, знали, где он. Прямое боестолкновение. А сейчас та сторона удаленно сражается, в кабинетах сидит и отправляет ракеты. Даже наши солдаты говорят, что противник боится прямого столкновения. Это противостояние технологий.

Формирование гумконвоя – кропотливый труд.

— Вы ездите с сопровождением?
— Из Салавата я вожу грузы, формируемые группой «Гумконвой-Z – Салават». Ее руководители «Гермес», «Мороз», «Форпост» делают огромную работу. Мы разгружаемся в определенном месте, потому что глубоко в зону СВО на такой машине нельзя. Это понятно: фура — первая мишень. В это время «Гермес» на своей машине уезжает с посылками на позиции. Мы никогда не знаем, куда он едет. Так надо. Последний раз много груза привезли, поэтому по городам проехали на фуре. «Гермес» развозил до позиций. И опять никакой лишней информации, ненужных разговоров — всё четко и быстро. В дороге тоже соблюдаем все меры безопасности: никакой лишней болтовни с незнакомыми людьми, на подъезде к границе снимаем табличку «Гумконвой» — ничто не должно вызывать ненужного любопытства. Понимаете, в городах России были случаи диверсий, когда на пункты сбора гуманитарных грузов привозили коробки с заложенными в них бомбами, отравленные консервы и другую еду, в окопные свечи вставляли гранаты и заливали воском. Поэтому, когда в Салавате собирается груз, «Гермес» проверяет каждую коробку или сверток. А если это личная посылка, то обязательно выходит на связь с бойцом, которому она адресована, и уточняет, что и от кого он ждет. Проверяет груз не один и не два раза. Это действительно кропотливая и ответственная работа. И парни ее делают всё это время без жалоб, нытья, требований привилегий и наград.

— Были опасные ситуации?
— Каждая поездка опасна. Гуманитарные конвои регулярно пытаются уничтожить. Не обходится без жертв. Мы под обстрелами, бывало, разгружались. Но на передовой парням еще тяжелее, это надо помнить всегда.

«Жена от каждой командировки пытается отговорить».

— Как ваши родные относятся к этим командировкам?
— Сначала говорил, что я еду только до границы новых регионов, не хотел их волновать. Но когда въезжаешь, то связи нет несколько дней. И, конечно, паника и вопросы: «Что случилось? Где был?». Отвечаю, что так нужно. Жена от каждой командировки пытается отговорить, но я снова и снова отвечаю, что не могу. Потому что знаю, как это — быть на передовой. Как только въезжаем на безопасную территорию, на первой же стоянке — видеозвонок от жены и детей. Хотят убедиться, что с нами всё в порядке.

— В чем постоянно нуждаются наши бойцы?
— В основном требуется то, что помогает обустраивать быт. Позиции сместились — нужно строить новые блиндажи. Старые разбирать долго, да и доски уже начали гнить, ведь там другой климат, более теплый и влажный. Поэтому постоянно нужны стройматериалы, инструменты, генераторы, а также личные вещи: носки, футболки, нижнее белье. Там парням питьевой воды не хватает, а уж о стирке и говорить не приходится. Те же носки — вещь одноразовая. Конечно, влажные салфетки и сухой душ — это то, что помогает поддерживать личную гигиену.

Роберт Даутов, по решению корреспондентов газеты «Выбор», стал лауреатом премии «Человек года – 2024», встав в один ряд с теми, кто помогает бойцам СВО.

Напомним: звание «Человек года» газета «Выбор» учредила в 1991 году. Премия не дает материальных привилегий, это почетное звание — знак признательности и благодарности.
Впервые в истории премии лауреатом – 2024 стал не один человек, а все салаватцы, которые помогают участникам специальной военной операции. В этом году переходящий кубок премии впервые находится в редакции, а у каждого лауреата есть право сделать с ним памятное фото.

Фото: Ольга Исакова/газета «Выбор».