Семья Кривальцевич из Салавата – участники конкурса «Моя любимая семья – 2026»

В Салавате есть дома, которые дышат особым, тёплым уютом. Дом семьи Кривальцевич — именно такой. Здесь пахнет свежей выпечкой, старыми книгами и тем самым спокойным счастьем, которое не кричит о себе, а согревает изнутри.

Хозяйка этого дома Ирина — хрупкая блондинка с красивой улыбкой, в ее глазах читается та самая житейская мудрость, которая однажды помогла ей сделать самый важный выбор в своей жизни. Она — мама троих мальчишек.

«Я люблю свою семью, хоть она обычная.

В ней забота и любовь — ценность безграничная».

Эти строки написал десятилетний Максим, и они могли бы стать эпиграфом к истории всех пятерых Кривальцевич.

Ирина родилась в Салавате, как сама шутит, еще в советские времена. Диплом института по специальности «Бухгалтерский учет, анализ и аудит» сегодня покоится где-то среди семейных альбомов. Двадцать пять лет назад жизнь поставила перед ней ультиматум: цифры или дети. Она выбрала детей.

— Помните фильм «Однажды двадцать лет спустя»? — говорит Ирина. — Где героиню Гундаревой спрашивают, кем она работает, а она отвечает: «Я работаю мамой». Вот так и я на протяжении четверти века работаю мамой. Надеюсь, что получается неплохо.

Ее главным соратником, опорой и защитой стал муж Борис. Их пути пересеклись под бой курантов в компании общих друзей. Он учился в школе № 17, рано повзрослел, ведь они с мамой жили вдвоем. Мама была поваром и на работу уходила затемно. Маленький Боря вставал вместе с ней, провожал на работу, возвращался домой, собирался в школу, а потом бежал на тренировки по легкой атлетике. Эта закалка осталась с ним навсегда. С двухтысячного года он занимается бизнесом, продает автозапчасти. Сам ездит за товаром в Тольятти, сам стоит за прилавком. Не потому, что не доверяет людям, а от той самой мужской, немного упрямой ответственности.

— Если бы не эта его упертость, если бы не его плечи, на которых держится наш быт, разве могла бы я позволить себе роскошь быть просто мамой? — говорит Ирина.

Они разные, как лед и пламень. Борис прямолинеен и строг, Ирина мягче, но требовательнее. Именно отец привил сыновьям железную дисциплину и любовь к спорту, а мать научила их главному — чувствовать друг друга.

Старший сын Роман всегда знал, что свяжет жизнь со спортом. С пяти лет занимался в бассейне у тренера Фаниля Кираева, и когда учился в школе № 22, а потом — в Салаватском индустриальном колледже, пока однажды глава семейства не пришел с работы с авантюрной идеей. Завод «Салаватнефтеоргсинтез» проводил соревнования по триатлону.

— Выступи, — коротко попросил тогда Борис.

Роман выступил. Случайность оказалась судьбой. Этот тяжелый, выматывающий вид спорта лег ему на душу идеально. Однажды на очередных стартах Борис подошел к московским тренерам и прямо предложил им своего парня. Те присмотрелись к результатам и забрали Романа в сборную столицы. Сегодня старший сын Кривальцевичей — член сборной России, мастер спорта.

Средний Арсений младше всего на два года, но кажется человеком из другой вселенной. Там, где брат видит финишную прямую, Арсений видит сюжет. Пробовал себя в творческих направлениях: художественной школе, аккордеоне. Затем увлекся настольным теннисом... Работая вожатым в детском лагере «Спутник», он писал стендапы, заставляя хохотать весь отряд. Сейчас этот гуманитарий трудится в «ГазСервисе», проявив себя ответственным сотрудником, и грызет гранит науки в Салаватском филиале УГНТУ заочно. Но творческая искра никуда не делась — она просто ждет своего часа.

Когда родились старшие сыновья, дом звенел от энергии. Летом они колесили всей семьей по Башкирии, зимой выходили на лыжню или каток. Конечно, были и драки, и споры, над которыми родители только качали головой.

— С ними было всегда весело, — вспоминает Ирина. — Росли дружно, шумно. Мы подтруниваем друг над другом постоянно, это уже семейная традиция. Но мы верим друг в друга. Даже когда бываем слишком строги к чьим-то словам или поступкам, всегда пытаемся понять причину.

А потом родился Максим. Когда твои старшие братья — взрослый чемпион и начитанный философ-подросток, вырасти незаметным невозможно.

Ему десять, он перешел в четвертый класс школы № 22. В нем удивительным образом сплелись черты братьев: упорство Романа и любопытство Арсения. Днем он рассекает воду в бассейне «Вега» у тренера Елены Смирновой, а вечером учится оживлять картинки в студии мультипликации у Лады Ивановой. Максим сам пишет истории для своих мультфильмов, а сериал про плюшевых медведей видели не только салаватцы, но и жители Башкирии.

Его литературные кумиры говорят о характере больше любого психологического теста. Недавно мальчик открыл для себя Аркадия Гайдара и прочитал «Тимура и его команду». А следом пришла книга Владислава Крапивина «Болтик». Его впечатлили герои своим отношением к другим людям, друзьям и сложным ситуациям. Мальчик, растущий в мире гаджетов, ищет опору в советской романтике долга и чести. Это ли не лучшее отражение родительского воспитания?

— Мы простая семья, таких миллион, — говорит Ирина, глядя на своих мужчин. — Не самая выдающаяся, со своими проблемами. Наверное, мультики Максима чем-то очень точно отражают нас. Мы такие же яркие, иногда смешные, порой нелепые, но всегда живые. Главное правило нашего дома я недавно прочитала у Эльчина Сафарли в книге «Дом, в котором горит свет»: семья не терпит равнодушия и эгоизма. Пока в нашем очаге горит этот свет, нам ничего не страшно.

Фото из личного архива семьи Кривальцевич.