Максим Федорычев из Салавата о СВО: "Сквозь страх, сквозь риск, сквозь жизнь"

Максим Федорычев с детства мечтал стать разведчиком. Читал книги и смотрел фильмы военной тематики, любил прогулки в одиночестве, когда представлял, что приехал по заданию в чужой город. Жизнь внесла свои коррективы и повела по другому пути: по профессии Максим автомеханик. Но частично мечта всё же воплотилась. В 2023 году он подписал контракт и отправился на военную службу в зону проведения спецоперации.

— Как проходило ваше детство?
— Детство у меня было нормальное, обычное. Вырос я в хорошей семье. Мама, папа, двое братьев. Я средний сын.
Учился в седьмой школе, в 1999-м окончил профессиональный лицей № 20. Работал в автосервисах, в «Башавтотрансе». Профессия — автомеханик. С машинами связана практически вся моя жизнь. А вообще, я на все руки мастер, так можно сказать.

— С чего началась мечта стать разведчиком? Были ли в семье военные, кто подал вам пример?
— Мои бабушка с дедушкой прошли Великую Отечественную. Сейчас их в живых уже нет. Есть дяди, один служил здесь в МВД, а второй — в Самаре. Оба — полковники.
Чувство патриотизма всегда присутствовало. Когда рос, оно не настолько заметно было. А вот когда жизнь привела к выбору, то в сегодняшней ситуации поступил так, как велит долг мужчины. Это решение было принято быстро. Ни жена, ни родители не знали. Пришел и сказал: «Я подписал контракт, я ухожу».

— Как отреагировали родные? Кто-то отговаривал?
— Нет, не отговаривали, потому что моя семья знает, что если я принял решение, то уже пойду до конца, этого решения я не изменю никак. Но немного расстроились. Мой братишка младший, который позже также ушел на СВО, сильно расстроился. Говорит: «Тебя убьют там». Я говорю: «Да ладно, всем смертям не бывать». А мама говорила, что и без того уже прошел огонь, воду и медные трубы, но в целом с достоинством приняли родители. И жена с достоинством приняла.

— Когда это было?
— Когда началась мобилизация, мне повестка не приходила. Я пошел сам в военкомат. Там записали мой номер телефона и сказали, что, если буду нужен, меня вызовут. Долго сидел дома, потом думаю, ну, что я буду здесь делать? То есть ребята сражаются, а как я потом им в глаза буду смотреть? Это 2023 год был, 15-го августа 23-го года. Встал, пошел в военкомат, сказал, что хочу подписать контракт. И 17-го августа я уже улетел в город Омск на сборный пункт.

— Где проходила ваша служба?
— Воздушно-десантные войска, 56-й полк ВДВ, штурмовики. Он расположен в городе Феодосии. Полк давно известный, он прошел Афган и Чечню, участвовал во всех локальных конфликтах. Служил в звании младшего сержанта, командира отделения.
После Омска мы поехали в Луганск. Там позанимались немножко, и с 8−9 сентября 2023 года мы были в Запорожье. А 19 сентября я уже лежал в госпитале с первым ранением. Мы попали в окружение, наткнулись на диверсионную разведывательную группу ВСУ. Завязался бой, мы заняли круговую оборону. Нас было 14 человек, их — примерно столько же. Этот бой мы выиграли, но были потери: из 14 человек осталось шесть. Троих мы взяли в плен, вырвались из окружения. Гранату кинули, она мне ноги посекла. Вот так я попал в госпиталь в Мелитополе, восстановился и снова встал в строй.
Год прослужил без ранений, и уже когда в Курской области прорвали границу, наш полк перекинули туда, нашу дивизию. Там получил осколочное ранение от миномета в область спины, руки, мышцы разорвало мне. И впоследствии меня списали уже по состоянию здоровья. Это было в августе 2024-го.

— Что помогало справиться со страхом?
— Конечно, случались моменты, когда было страшно. Но мы много смеялись сквозь страх. Пройдя это и оглядываясь назад, вспоминаешь со смехом. Был случай, который до сих пор вызывает у меня улыбку. Был у меня сослуживец Максим. Мы вдвоем были на позиции, в блиндаже, и вот прилетел миномет 151-го калибра, в метре где-то от нашего блиндажа разорвался. Земля подвинулась, туман, уши заложило, я сквозь туман на Макса смотрю, а глаза у него такие, как пять копеек. Видно, что страшно ему. Он мне глазами говорит: «Бежим!». А я говорю: «Нет, Макс, сидим! Если сейчас выбежим, это всё, смерть будет». И вот это лицо, да, сейчас вспоминаю, и это улыбку у меня вызывает. Да мне и самому страшно было. Не боится только дурак, конечно. В итоге переждали. Всё было нормально.

— Салаватец Азамат Муллашев, участник СВО, рассказывал, что спасал людей прямо под обстрелами на адреналине. У вас было так же?
— Да, там сознание работает совершенно по-другому. Просто там есть такой момент, что некуда деваться. Раненых носили и за три километра под минометными обстрелами, сквозь страх, сквозь риск, сквозь жизнь всё равно идешь. То есть да, отключаешься, на такие вещи внимания не обращаешь. Конечно, если крупнокалиберный взорвался, то, может, где-то и остановишься, спрячешься. А вот если кассеты или восьмидесятки бомбят, разрываются, то всё равно идешь. Там одна цель: быстро донести человека в живых, а он может истечь кровью. Поэтому бежишь и отключаешься.

— Расскажите о случае, когда, по вашему мнению, было очень сложно, но вы все-таки справились.
— Про себя, конечно, тяжело говорить.

— Но ведь спасти жизнь — это поступок человека с большой буквы.
— Мы возвращались на позицию после того, как отнесли раненого, и нас начало крыть кассетами. Командира ранило, он под дерево пополз, я к нему бегу и слышу кассетный разрыв над головой. Я упал, закрыл голову — обстрел. Потом встаю, три шага делаю — опять разрыв. Но мы успели добежать. Один перевязывал, другой искал укрытие. Мы за бронежилет затащили командира в блиндаж, чуть-чуть переждали, а потом километра два, наверно, тащили его до точки эвакуации. Когда возвращались, попали в окружение. Противник забегал к нам в блиндаж. Деваться было некуда. Там был человек с позывным «Харизма». У него была радиостанция. Я ему сказал: «Выходи на связь с командиром роты и говори, чтобы артиллерия по нашему блиндажу начала бить, иначе мы не выйдем». То есть нужен был удар артиллерии, чтобы они отскочили. И тот план сработал. Мы вышли, заняли оборону. Это спасло нас, хоть и остались в живых шесть человек.

— Есть ли у вас награды за ваши подвиги?
— Мы, конечно, о наградах не думали. Но раз наградили, значит, заслужил. Есть государственные: медаль Суворова и медаль за отвагу. Есть медаль за мужество — эта местная.

— Вас — три брата. И все вы — участники СВО. Кто ушел первым, а кто последовал примеру?
— Первым ушел я. Следующим пошел мой старший брат, он до сих пор сражается, служит в разведке. Младший Артем говорил: «Два старших ушли, и я не буду здесь один сидеть». Собрался и ушел следом, в 2024-м году. Они заходили в Авдеевку, там были ожесточенные бои. После этого он на связь больше не выходил. Сообщил 21-го апреля, что заходят в Авдеевку, и всё. Год мы его искали. Он был без вести пропавшим. И только летом этого года мы его похоронили.
Артем тоже учился в седьмой школе. Тяжело, что братишка погиб. Он ко мне приезжал после ранения, когда я восстанавливался в части. Я его отговаривал, но человек принял решение.

— Почему вы его отговаривали? Ведь вы когда-то приняли такое же решение и, судя по всему, стали для него примером.
— Отговаривал, да. Я знал, что он мужчина. Но почему-то понимал, что это не его война. Не в его характере. Я уже понимал, насколько это страшно. Я не хотел, чтобы он все это видел, прошел через это. Лучше бы дома был, потому что дома мужиков уже и не осталось, кроме меня, — одни женщины. У меня жена, мама, мамина бабушка еще жива. Трое детишек, и тоже все девочки.
И у него две маленькие девочки остались. Все женщины.
Он ушел. Может ценой того, что он погиб, Бог за это дал мне жизнь. Вот как-то так рассуждаю.

— Как строится сейчас ваша жизнь? Поделитесь планами.
— Сейчас я учусь, получаю права. Хочу открыть свою автомастерскую, так как я автомеханик по профессии. Сейчас составляю бизнес-план, разговариваю. Недавно ходил к главе администрации города, обещал, что поможет с помещением. Такие планы. Работать тихо, мирно.

— У вас три дочери. Как считаете, они гордятся своим отцом?
— Думаю, да. Это одна из причин, почему я пошел служить. Детям дорогу в жизни дать. Я понимал, что если останусь жив... да даже если погибну, то у них будет дорога в жизни.

— Что бы вы хотели сказать молодому поколению?

Автор: Татьяна Тимофеева.