Салаватец с позывным «Юлай» вынес на себе с поля боя сотни раненых

«Попал я в диверсионно-штурмовую бригаду в качестве медика – стрелка, — начал он свой рассказ. — Звучит немного странно: и медик, и стрелок. Но в условиях серьезных боевых действий необходимы обе профессии. Моя основная задача — выносить с поля боя раненых в составе эвакуационной группы. Сейчас я сержант, командир группы. Бойцы взрывались на минах, получали пулевые, осколочные ранения. Случается, что уже нет руки, ноги, а их в удовлетворительном состоянии нужно доставить в «зеленую» зону, где им оказывают помощь профессионалы.

В моей группе восемь человек, я единственный дипломированный медик. Когда туда попал, дронов было мало, поэтому ходил на передовую ночью. А в августе 2023 года начали появляться дроны «Баба Яга» и камикадзе, работающие по ночам, и мы перешли на дневной режим. Часто ходил один, так незаметнее. На передовую идешь несколько километров пешком. На мне — полное снаряжение: бронежилет, автомат, боеприпасы плюс медицинский рюкзак с лекарствами, ампулами, системой. Также несешь бойцам батарейки, аккумуляторы, воду, еду. На месте осматриваешь раненого. Тонометр не носил, давление уточняешь и без него, определяешь состояние раненого. Его нужно вынести на относительно безопасное место. Двое бойцов на носилках доносят раненого до следующей позиции, там их меняют другие. И так — до нулевой точки, в которую может подъехать транспорт для эвакуации. Там оказывают более профессиональную медицинскую помощь.

Работаешь в любую погоду: метель, дождь, слякоть.

В Бахмуте командир подразделения подсчитал, что только в этом направлении мы вынесли 374 раненых, а ведь были и другие направления.

Если нет возможности вынести сразу, прячешь раненого в яму, накрываешь антидроновым одеялом, чтобы тепловизор не мог определить местонахождение, а координаты передаешь по рации. Бывало и так, что мы день – полтора держали оборону.

Нередко раненых носил на себе. С задней части своего бронежилета вытаскиваешь плиту, у раненого — спереди, ноги его прикрепляешь и несешь, как черепаха. Там всё на адреналине, тяжесть не чувствуешь, да и то, что в юности много лет занимался биатлоном, помогает.

Аптечки закрепляешь у себя на груди, бедре и даже на ногах. Группа эвакуации — постоянно на передовой. Мы не только вытаскиваем раненых и груз 200, но и собираем оставленные пулеметы, мины, автоматы, каски, бронежилеты, аптечки, укрываем их в схронах. А в январе этого года подбили БМП.

Меня представили к двум орденам Мужества, медали «За отвагу» — осталось только получить.

Сам я получил три ранения. Первое — в 2023 году, когда выносил «трехсотого». Раненого — в окоп, а когда сам туда запрыгивал, почувствовал резкую боль, как будто по ноге ударили молотком. Оказалось, осколок попал в пятку. Перемотал, подошву к ноге привязал и так дошел до санчасти. Второе, тоже осколочное, — в декабре 2024 года. Также нес «трехсотого». Попало в меня штук семь. Сам себе вколол антибиотики, чувствую, кости не задеты, передал по рации: «Я легкий, триста». Третье — ночью в марте этого года. Ранило в руку, бедро. Нашел палку, имитировал шину, сам себя перевязал. Сначала попал в полевой госпиталь, затем — эшелоном в Самару. Через полтора месяца отправили домой на реабилитацию.

После лечения — снова на передовую спасать раненых!».

Вот такой он, «Юлай» — честный, открытый, бесстрашный. Его плечи стали спасением сотен раненых бойцов.

Спасибо, «Юлай», за спасение наших бойцов!