В Салавате реализуется проект "С родителями – на работу" (четвертая серия о том, где делают стекло)

Несколько поколений династии Ширяевых.

На проходной завода нас встретил папа Полины Андрей Ширяев, главный технолог производства листового стекла.

— На предприятие устроился в 2006 году водителем погрузчика, в 2007-м перевелся в печное отделение оператором формования ленты стекла. Работал, дорос до бригадира. В 2017 году мне предложили должность инженера – технолога производства листового стекла, в 2019-м — ведущего инженера – технолога. А недавно меня повысили до главного технолога, — рассказывает он о своем профессиональном пути, пока мы идем ко второй линии производства листового стекла, чтобы своими глазами увидеть ванны расплава, печь отжига и многое другое.

Как оказалось, Андрей Ширяев далеко не случайно попал когда-то на завод.

— Я продолжаю династию уже в третьем поколении. Начало положили бабушка и дедушка, Валентина и Василий Ширяевы, которые приехали в Салават по вызову из Владимирской области с Володарского стекольного завода. Они трудились на заводе с первых дней. Папа после школы тоже устроился на завод, ушел в армию, отслужил и продолжил работу в печном отделении стекловаром, затем — каменщиком. На заводе Владимир Ширяев познакомился с моей мамой Ольгой. Так что, как вы понимаете, выбора у меня не было, — с улыбкой делится Андрей Ширяев. — Я с детства знал о заводе, слышал о нем от родителей, сам не раз был на производстве. После обучения устроился на завод. С супругой познакомился не на производстве, как мои родители, а в школе, но вот уже четыре года она тоже работает на ­«Салаватстекло».

Полина понимает, что она представитель четвертого поколения династии, но делать профессиональный выбор не спешит. Девочка уже не раз была на производстве во время экскурсий и знает многое о стекле, но пока в сердце шестиклассницы живет мечта стать врачом хирургом. А еще она любит языки — русский и английский. Время решить, кем быть, у нее есть. Возможно, аура «Салаватстекло», объединяющая поколения, еще окажет свое действие.

Температура 1 600 градусов, расплавленное олово и…

— Мы проследим весь путь производства листового стекла на второй линии (на «Салаватстекло» — две линии: вторая и первая). Производительность линии — 500 тонн стекломассы в сутки. Начнем с загрузочного кармана, куда поступает шихта — смесь сырьевых материалов, — объясняет Андрей Ширяев, попросив нас в целях безопасности надеть защитные очки (каску и жилет мы надели уже на проходной).

Стоит отметить, что ингредиенты шихты, которую используют на производстве стеклотары (о нем рассказали в третьей серии проекта в № 11 от 15 марта), и той, что поступает на производство листового стекла, одинаковые, но их соотношение различается. У каждого производства — свой «рецепт».

— В составном цехе сырьевые материалы для приготовления шихты (песок, сода, доломит, полевой шпат) смешиваются в определенных пропорциях и подаются в расходные бункеры. Далее загрузчики подают шихту в печь, где под воздействием высоких температур — 1 600 градусов — она расплавляется и превращается в стекломассу, — объясняет этапы наш гид. — Затем она поступает в студочную часть, где охлаждается до нужной для формирования ленты стекла температуры. Это 1 100 градусов.

Следующий участок — ванна расплава. Здесь на расплавленном олове формуется лента стекла нужных толщины и ­ширины.

Андрей Ширяев приглашает нас пройти к месту стекловара, который контролирует параметры. Мы вместе с ним видим на больших мониторах то, что происходит внутри печи, как проходит расплав стекломассы.

Рядом — место оператора формования стекла, здесь начинал свой путь в 2007 году Андрей Ширяев. И здесь — мониторы. Но на них мы уже видим, как стекломасса стекает на расплав олова, растекаясь по нему, как капля масла, из-за разности плотностей.

— Утоняющие машинки захватывают этот пласт и как бы вытягивают его, добиваясь нужной толщины и ширины. Сейчас мы производим стекло толщиной 2 мм. Диапазон возможной толщины — от 1,6 – 1,8 до 12 мм, — поясняет Андрей Ширяев.

Самое толстое стекло используется при производстве мебели, остеклении. А вот самое тонкое, как оказалось, — в автомобилях.

— В процессе формования мы начинаем охлаждать ленту стекла, чтобы в печь отжига она зашла с температурой 600 градусов, — говорит папа Полины. — Ленту охлаждают специальными холодильниками, которые установлены над ней. Они снимают тепло, и в печь отжига лента попадает с нужной ­температурой.

Конечно, мы сразу не поняли, для чего нужно охлаждать перед тем, как поместить в печь, ведь, как правило, в печи всё, наоборот, греют… Видя немой вопрос в наших глазах, Андрей Ширяев пояснил:

— В печи лента стекла продолжает охлаждаться с 600 уже до 65 градусов. Есть закрытые зоны печи отжига, где происходит автоматическое охлаждение до 300 градусов, далее — открытые зоны, на которых подается воздух, охлаждающий стекло до 65 градусов. Только такая технология постепенного многоступенчатого охлаждения позволяет стеклу не лопнуть.

Он предложил нам заглянуть в печь отжига через специальное окошко — очень жарко, но хорошо видно, как движется полотно. А далее мы прошли уже к открытому участку печи отжига. По факту — это то самое место, где можно впервые увидеть полученное стекло. Здесь его температура еще порядка 250 градусов. Температура стекла ощущается, когда находишься рядом — очень жарко.

Лента движется, и на стекло сверху и снизу через специальные сопла подается воздух, который охлаждает стекло уже до 65 градусов.

— Продукт получен, теперь необходимо оценить его качество. Стекло проходит через сканер, который в онлайн-режиме его просматривает. Если обнаруживаются дефекты, информация поступает в операторную, где компьютер распределяет, какой участок отрезать и отправить на стеклобой в бункер, — объясняет Андрей Ширяев. — Стекло с дефектом отправляется в лабораторию, где находят ответы на вопросы, какой именно дефект и почему он возник, чтобы избежать повторного брака.

Впереди — подрезная линейка. Здесь резаки убирают боковые части полотна стекла, на которых остались следы от роликов утоняющих машин. Здесь же полотно режется на нужные форматы.

— Мы готовим различные форматы: 2 550 на 3 210, есть маленькие, есть джамбо форматы 6 000 на 3 210. И максимальный 12 000 на 3 210, — рассказывает Андрей Ширяев. — Далее стекло в зависимости от размера поступает на один из пяти укладчиков. Оттуда — на погрузчик, который отвозит стекло на склад. Листовое стекло также идет на производство стекла с покрытием, многофункционального стекла (энергосберегающего), зеркал, триплекса, сталинита. Собственно листовое стекло стараемся продавать по ­минимуму.

— Я ехала в автобусе и увидела на стекле значок «Салаватстекло». Было приятно, что к его производству причастен мой папа, — делится Полина, когда мы выходим из цеха и отправляемся туда, где работает ее мама.

Как оказалось, девочка уже несколько раз была на месте работы папы, а вот как трудится мама, не видела ни разу. Ей было очень интересно, как и нам.

Важный факт: вот уже 17 лет непрерывно 24 часа семь дней в неделю работает линия производства листового стекла № 2.

Главное – точный расчёт.

Так получилось, что именно мама Полины Ольга знает, какой путь проделывает произведенное стекло до заказчика.

Когда мы зашли в просторное офисное помещение отдела продаж, Полина немного удивилась — видимо, не совсем так она представляла себе место работы мамы. Вокруг — компьютеры, ничего не указывает на то, что мы — на заводе. Только образцы продукции и прозрачные перегородки из стекла намекают на это.

— Я ведущий инженер автотранспортной группы логистики. Папа Полины производит, а я отгружаю стекло, — шутит Ольга Ширяева. — Мои инструменты работы — телефон и компьютер. Мне предоставляется график отгрузки клиентам по всей России и за границей. Моя задача — найти автотранспорт для доставки. У нас два основных вида: инлоудер для большого шестиметрового стекла и тенты — для всех остальных форматов.

Стекло из Салавата отправляется на большие расстояния. По словам мамы Полины, самое дальнее — Сибирь, это около четырех тысяч километров. Доставляют автотранспортом стекло из Салавата и в Казахстан, и в Узбекистан.

Ольга Ширяева работает в компании «Салаватстекло» уже четыре года.

— Училась на менеджера по продажам, работала 10 лет по профессии. И на «Салаватстекло» пришла устраиваться именно на эту должность. Но освободилось место в логистике — предложили, прошла собеседование и вот работаю. В прошлом году повысили до ведущего инженера. Работа сложная, но интересная, по моему характеру. Нравятся и рабочая атмосфера, и коллектив, и социальные программы. Например, нам выдают абонементы в бассейн, детям предоставляют путевки в лагерь, — рассказывает она. — Помню, я только устроилась на завод, и нам нужно было съездить в Казань на своей машине. Большую часть пути я ехала с блокнотом в руках, записывая встречающиеся транспортные компании, чтобы использовать в работе.

Ольга Ширяева признается, что гордится тем, что работает на «Салаватстекло» и причастна к производству стекла:

— В Уфе видели комплекс «Соты»? Это наше стекло. Приятно, конечно, в том числе и то, что я причастна к его своевременной доставке к заказчику.

— Мы любим путешествовать семьей. Мама отвечает за логистику и во время наших поездок, — делится Полина. — Мамина профессия мне, кстати, нравится. Я здесь сегодня первый раз. Теперь знаю, как здесь всё.

Полина гордится и мамой, и папой, их профессиональными достижениями. Вот только ее огорчает, что практически 24 часа в сутки ее родители — на телефоне по работе.

— Хочется, конечно, чтобы не работали дома, но я понимаю, что надо, привыкла, — признается девочка.

Сама Полина — тоже занятой человек: играет в волейбол, участвует в соревнованиях, дополнительно изучает языки, а еще она — круглая отличница! На всё это нужно время. А еще на любимый сериал «Склифосовский» (12+), который знакомит ее с профессией хирурга.

— Именно поэтому все выходные, каникулы, отпуска мы проводим вместе, — объясняет Полина. — Ходим гулять по набережной, в парк, заглядываем в любимые кафе, много путешествуем. Ходим на соревнования и болеем друг за друга. Папа у меня пловец, а мама занималась легкой атлетикой, теннисом, футболом, играла в волейбол, как я. Мы вместе, мама с папой всегда и во всем меня ­поддерживают.

Когда мы вышли через проходную «Салаватстекло», Полина потянула нас налево — к Доске почета.

— Посмотрите, это мой папа! Он уже второй раз здесь. Я им очень горжусь! Он лучший! Мамой — тоже! Очень хочу, чтобы и она была на Доске почета, — признается героиня нашего проекта «С родителями — на работу».

Мы сняли видео во время экскурсии с Полиной и ее родителями. Посмотреть его можно здесь. 

Беседовала Надежда Фаррахова. 

Фото: Алёна Бизикина/газета «Выбор».