Все новости
Рождённый в Салавате
8 Февраля 2019, 12:45

И вновь про роддом и концессию



Представитель концессионера, взявшего в оперативное управление Салаватский роддом, член совета директоров «УК Медма» Карим Магадеев ответил на вопросы читателей газеты «Выбор» — подписчиков группы издания в социальной сети «ВК».


Тема концессии по-прежнему остается актуальной. В городе есть и ее сторонники, и противники. Поэтому и вопросы концессионеру задавались достаточно острые. Карим Магадеев от вопросов не уходил, отвечал на них предельно откровенно и прямо.





Альбина Валишина:

— Как уже известно, льготной медицинской пенсии у работников АНО «Перинатальный центр» не будет. А значит, в экстренных службах: родильном зале, операционной — будут работать люди, уже имеющие пенсию, то есть в возрасте 60-65 лет. Не кажется ли вам, что они не всегда смогут выполнять свои обязанности чётко и безошибочно? Ведь не зря эти профессии включены в список на льготную пенсию. Получается, что работники АНО «Перинатальный центр» остаются без льготной медицинской пенсии. Это справедливо?

— Нет, не справедливо. Считаем, что законодательство РФ, которое на сегодня делит сотрудников частных и государственных медицинских учреждений, несовершенно. Мы со своей стороны изменить законодательство, к сожалению, не можем. Но обращались и будем продолжать обращаться по этому поводу в разные инстанции. Буквально пару недель назад обратились в Госсобрание — Курултай РБ, чтобы наши депутаты вышли в Госдуму с законодательной инициативой. Кроме этого, после нашего общения с профсоюзами, с Министерством здравоохранения наметилась одна юридическая возможность (не суд), и если она позволит вернуть нашим сотрудникам льготную пенсию, мы это обязательно сделаем.


— В реконструкцию роддома, женской консультации, гинекологии должно быть инвестировано 100 млн рублей, ещё и лифт хотят пристроить. Разве хватит этих денег на такую реконструкцию? Скорее нет, чем да. Не потому, что цены поднялись, а потому, что первоначально этих денег не хватает на ремонт. Специально была заявлена такая сумма, чтобы начатое дело не довести до конца?

— В концессионном соглашении очень четко прописаны наши обязательства: мы должны выполнить реконструкцию здания молочной кухни, капитальный ремонт зданий роддома и гинекологии. И все. Ни реконструкция, ни капитальный ремонт женской консультации в соглашении не были запланированы. Однако 23 года мы должны там работать, поэтому ремонтные работы в женской консультации, конечно, будем проводить. Начнем с мест общего пользования. Запланировали оборудовать так называемую открытую регистратуру.

Сегодня мы делаем смету, окончательный вариант которой разрабатывается под рабочую документацию. По предварительной смете мы еще учитывали текущее состояние зданий и помещений. Например, на втором этаже роддома в коридоре — хороший мраморный пол, нужно сделать только небольшой косметический ремонт стен. А палаты нужно ремонтировать полностью.

Да, 110 млн рублей не хватит, но мы пока это связываем с инфляцией и НДС.


Зуля Гайнетдинова:

— Будет ли нормальной зарплата уборщиков? У меня двое детей. Платим за квартиру 6 000 рублей, а ещё за садик, за коммунальные услуги. Даже не знаю, как не ущемить детей в их потребностях, о себе вообще молчу.

— С зарплатой уборщиков сложилось интересная ситуация. В РФ сегодня существует норматив по объему уборки в зависимости от покрытия пола. У нас везде плитка, и норматив в данном случае составляет 450-500 кв. м на одного человека в смену. Мало того, есть технологии, когда норматив увеличивается с 500 до 800 кв. м при использовании средств малой механизации (механизированных тележек). При общей площади всех помещений в 6 000 кв. м (без тех, которые требуют круглосуточной уборки, — около 4 000 кв. м) в соответствии с нормативом нам нужно где-то 10 уборщиков, а их больше 40. Суммарно с налогами и всеми отчислениями на их зарплату мы тратим около 1 млн рублей. Если людей будет меньше, то и зарплата у них будет больше. Однако, позиционируя себя как социально ответственный бизнес, увольнений мы пока не планируем.


Елена Федосова:

— Наш роддом — лакомый кусок для частной стороны ввиду возможности компенсации затрат не за счёт собственного источника, а через платежи системы ОМС. Таким образом учредители получают бешеную прибыль, ущемляя права сотрудников медицинского учреждения. Ничего хорошего у нас не будет.

— Насчет «ничего хорошего не будет» я абсолютно не согласен. Все будет хорошо.

Если говорить о покрытии части затрат за счет средств ОМС, то это невозможно. Как я уже говорил, территориальный ФОМС очень внимательно смотрит за всеми затратами. Вплоть до того, что если в одном здании даже в рамках одного юридического лица проводится два вида деятельности — хозрасчетная (за счет средств пациента) и по выполнению программы госгарантий (за счет средств ОМС), то все доходы и расходы должны обязательно разделяться. Известно много случаев, когда ФОМС штрафовал за нарушение этого правила. Поэтому возможности покрывать часть затрат по содержанию помещений за счет средств ОМС у нас нет физически. Но даже если бы она была, считаю неправильным финансировать один бизнес за счет другого.

По поводу ущемления прав сотрудников. Права сотрудников сегодня ущемляются только в отношении льготной пенсии, о чем мы уже говорили.


Пользователь «Елена Елена»:

— Вы считаете, что признанный во всём мире доктор Рошаль ошибается, когда говорит о недопустимости передачи роддома в частные руки, а вы — нет?

— Мы с большим уважением относимся к доктору Рошалю, его заслугам в российской и мировой медицине. Единственной причиной, по которой он мог так высказаться, может быть неполная информация о всех нюансах проблемы.


Ольга Иванова:

— Чтобы называться перинатальным центром, нужны условия. С апреля 2018 года ничего не изменилось. Старые допотопные кресла в родзале, обшитые клеёнкой, и многое другое такое же. Вместо дел — одна словесная «вода».

— Именно наличие в роддоме подобного оборудования, старых окон, плесени на стенах и потолке стало одной из основных причин того, что родилось это концессионное соглашение. Уверяю вас, что если бы роддом был вновь построенным зданием, оснащенным новым современным оборудованием, то ни о каком концессионном соглашении и речи бы не шло. Но мы получили то, что получили. Очень рад, что сейчас публикуется много фотографий по сегодняшнему состоянию роддома в СМИ и соцсетях — будет потом с чем сравнивать.


— Почему не возьмёте какое-нибудь здание в аренду и не создадите конкурирующие услуги на медрынке, в том числе с государственным роддомом?

— Новый роддом построить можно было бы. Например, весной мы открываем роддом в Калининграде — полностью вновь построенный. Но в Салавате другая ситуация. Считаем, что жители Салавата заслуживают создания лучших условий в городском роддоме. Мы пришли, чтобы эти условия создать. Наша задача — привести все в соответствие требованиям времени, поменять устаревшее оборудование. Все наши обязательства по концессионному соглашению будут выполнены.


Игорь Яншаев:

— Скажите, когда Вы отдадите роддом обратно государству?

— По нашим планам, мы отдадим роддом государству через 22 года в состоянии, которое я описывал выше, отвечая на вопрос Ольги Ивановой. При этом в рамках концессионного соглашения действительно есть процедура его разрыва. Если республика решит, что не требуется инвестиций в почти 300 млн рублей сейчас и порядка миллиарда рублей в следующий период концессии, значит, будет сделан соответствующий выбор. Но я уверен, что мы делаем правильное дело.


Также были озвучены вопросы зрителей ТК «Салават».


Ирина Сотникова:

— Почему после родов и даже после кесарева сечения выписывают на второй-третий день?

— Есть рекомендации Всемирной организации здравоохранения, по которым после родов следует выписывать женщину на второй день. Но имеется и приказ № 572-Н Министерства здравоохранения РФ по порядку оказания акушерской и гинекологической помощи, в соответствии с которым мы выписываем рожениц на третьи сутки. С позиции санитарно-эпидемиологических норм это обусловлено тем, что максимальная контаминация (смешение, слияние) микрофлоры происходит на вторые-третьи сутки после родового периода, и нам нужно выписать женщину как можно быстрее, чтобы не подвергать риску здоровье ее и малыша.

Но если есть медицинские показания для продления срока пребывания матери или ребенка в условиях круглосуточного стационара, мы всегда готовы это сделать.


Людмила Юламанова:

— Почему в женской консультации нет записи беременных на третье УЗИ?

— В настоящее время мы испытываем некоторый дефицит врачей-узистов. Это связано не с тем, что нет врачей, которые умеют пользоваться аппаратом УЗИ, а с тем, что для проведения каждой стадии скрининга УЗИ врачу нужно пройти отдельное обучение, чтобы увидеть и обозначить все особенности развития плода. Но уже вышел на работу новый врач-узист, и начата запись беременных на третье УЗИ.


Гульназ Савинова:

— Как можно говорить о гарантии качества анализов, если биоматериал отправляется для исследования далеко — в другие города? Куда подевалось лабораторное оборудование? Ведь раньше все анализы делались на месте. Разве при транспортировке не меняются свойства биоматериалов?

— До начала нашей деятельности 49% исследований проводились вне лаборатории роддома. Лабораторное оборудование из роддома никуда не исчезло, наоборот — его стало больше: мы установили гематологический и биохимический анализа­­торы. И теперь более 90% исследований проводится на месте. В ближайшие несколько месяцев лабораторного оборудования в роддоме будет еще больше.

При принятии решения о транспортировке биоматериалов учитываются возможности биоперевозки. Есть анализы, которые необходимо проводить в течение 15 минут после забора биоматериала, есть и такие, которые можно делать через 5 лет после забора биоматериала. Подход при решении о проведении анализа в другом городе всегда очень дифференцированный и специфичный.

Биоматериал, отправляемый в другой город, не везут в карманах, он транспортируется в специализированных термоконтейнерах при определенном температурном режиме, который записывается на специальные самописцы. У нас достаточно хорошо внедрена система менеджмента качества, контрольных точек при транспортировке.

Те анализы, которые нужно проводить на месте (например, общий анализ крови, общий анализ мочи), выполняются на месте. Транспортируются в основном только биоматериалы для гистологических исследований, которые как производились, так и производятся вне роддома.


Пользователь «Алиса Алиса»:

— Почему гистологию делают в Санкт-Петербурге? Это дешевле? Или вам выгодно делать анализы там, потому что это ваша лаборатория, и деньги по ОМС уходят в ваш карман?

— Действительно, проводить исследования в Санкт-Петербурге дешевле. Однако буквально на прошлой неделе у нас был случай задержки возврата стекол. И поэтому сейчас к маршрутизации анализов мы начали подходить дифференцированно. У нас есть договор, подписанный с Городской больницей Салавата, и при решении врача и надписи «cito» на направлении гистология будет проводиться в Салавате, хотя это дороже. При этом качество анализов, их описательной части в Санкт-Петербурге на самом деле выше. Там исследование производит профессор Эдуард Нейшадт, очень известный в гистологии специалист, признанный в России. Если есть возможность подождать результата анализа, то лучше сделать анализ в Санкт-Петербурге. Добавлю, что там лаборатория не совсем наша, она партнерская. Мы долго выбирали лучших гистологов, потому что гистологические исследования иногда, к сожалению, связаны с онкологией, и ошибаться в таких случаях мы не имеем права.


Ольга Иванова:

— Они потом всё платно сделают, так как платить будет либо государство — за тебя, либо ты сам. При этом неизвестно, за какое лечение и по каким «мёртвым душам» будут выставлять счёт государству.

— Очень интересное высказывание. Дело в том, что список «мертвых душ» не пройдет, так как все очень жестко контролируется — в первую очередь, территориальными органами Фонда медицинского страхования. Каждый пациент имеет возможность, зайдя на портал «Госуслуги», посмотреть, какие на него были списаны деньги по ОМС. Мы категорически против каких бы то ни было приписок. Считаем, что объем госзаданий, выделяемый нам на сегодняшний день, достаточен для того, чтобы оказать медицинскую помощь любой жительнице Салавата. «Мертвых душ» у нас нет, не было и не будет!

Что касается «все платно». В настоящее время системой здравоохранения в России выбрана страховая медицина (обязательная и добровольная). Поэтому любое медицинское учреждение, работающее по программе госгарантий, действительно получает оплату от страховых компаний. И мы не исключение.


Фото Алёны Гончаровой